?

Log in

No account? Create an account

Previous 10

Sep. 28th, 2014

Перспективы без презерватива

Заметили ли вы, казалось бы, нелогичную тенденцию: чем более развито общество, тем ниже в нем рождаемость? Среди молодежи достаточно широко распространено негативное отношение к браку, рождению детей. Да, можно сколь угодно долго говорить о том, что материнство может существенно мешать реализации, что женщина-ученый, 10 вложившая в ребенка, потеряла эти 10 лет для науки, что дети — это сложно, тяжело и вообще не для меня, но если вдуматься...

Сравните европейские страны (в сущности, Беларусь я тоже причисляю к европейским странам, пусть и со средним уровнем экономического развития, в сравнение можно смело включать и Россию) и Африку, Индию, Китай, обширную часть мусульманского мира в плане рождаемости.

Пока тут борятся за эмансипацию, там — рожают.

Пока тут делают аборт, потому что не планировали, там — рожают.

Пока тут откладывают рождение ребенка, потому что надо встать на ноги, купить машину, квартиру, выплатить кредит, приобрести единорога, там — рожают.

Пока тут с трудом решаются на второго или третьего, там — рожают.

Пока тут женщины беспокоятся о растяжках и лишнем весе, там — рожают.

Пока здесь женщины делают карьеру, там — рожают.

Пока тут многие хотят «нагуляться» и подольше не терять статус «свободных», там — рожают.

Пока тут боятся, что муж сбежит из-за ребенка, там — рожают.

Пока тут не хотят себе лишних проблем в пеленками-распашонками, там — рожают.

Пока тут исповедуют философию чайлдфри, ища сложноопровергаемые аргументы, там — ну, вы догадались...

И им плевать на условия.

Я ни в коем случае не агитирую никого за то, чтобы нарожать 15 детей, половина из которых умрет с голода. Я не считаю правильным мировую тенденцию к перенаселению. Я сейчас не о том, что какая-то этническая группа находится на грани вымирания, потому что если взглянуть абстрактно, на протяжении веков исчезали многие виду растений, животных, народы и нации, Земля от этого не несет существенного урона. Но меня беспокоит перспектива развития человечества в целом. При общей тенденции к увеличению населения логично предположить борьбу за ресурсы, в первую очередь, за пищу и территорию для проживания. Если в европейских странах идет тенденция к уменьшению населения, то вполне ожидаемо заселение этой территории другими народами, что, в сущности, уже началось, если посмотреть, например, сколько мусульман мигрирует. Ни одна ниша не остается пустой, биологи знают. И проблема даже не в миграции, а в том, что эмигранты, являясь представителями традиционалистической культуры, пытаются воспроизвести в странах с более демократизированными условиями свои социокультурные нормы, которые негативно сказываются на развитии науки, культуры и общества в целом, нормы, где очень низкий уровень свобод, а права человека нередко нарушаются. О прогрессе и речи быть не может. И получается чудовищный перекос: те, кто мог бы вырастить людей, на которых может строиться будущее отказываются от такой возможности в пользу тех, кто может вернуть общество в мир Средневековья. Интересно, в каком мире придется жить нашим потомкам лет через 100, 200, 300? Если, конечно, они будут...

Sep. 25th, 2014

Желание

Ливень не прекращался. По тротуару неслись потоки воды, льющиеся с крыш ручьи разбивались об асфальт и разбрызгивались огромными каплями. Прохожие ежились, морщились, сжимались и втягивались внутрь воротников курток и пальто, правда, толку от этого было очень мало. Порывы ветра бросали горсти капель под зонты, заставляя их обладателей еще больше сутулиться и проклинать внезапно обрушившийся на их город дождь. Суетливо двигаясь, они торопились куда-то, где будет тепло и сухо.
Полноватая женщина сорока, поджав губы, словно с какой-то брезгливостью перепрыгивала через лужи, хотя это, в общем-то было бесполезно: ее туфли были насквозь мокрыми. Крепко сжимая правой рукой фиолетовый зонт, она с недовольством взирала на потоки воды под ногами. За ней робко семенил ее муж, уставший мужчина с мелкими чертами лица и малость затравленным видом. Он буквально двумя руками вцепился в рукоять простенького черного зонта и следовал за женой, не разбирая дороги.
На лице женщины появилось презрительное выражение. У края тротуара под одним ярким радужным зонтом стояла молодая парочка. Молодые люди крепко обнимались, прижавшись друг к другу. Целовались они или нет — женщина не заметила, потому что, едва завидев это безобразие, она отвела глаза в сторону и прикрикнула на мужа:
— Ну где ты там плетешься, бестолочь?!
В ней накипало раздражение, злость. «Что они себе позволяют, — думала она. — Совсем молодежь стыд потеряла. Они б еще тут голые разлеглись. Да чтоб я когда-то вот так… Надо будет вечером опять Маринке объяснить, что на людях нельзя проявлять чувства. Лучше и за руки в общественных местах не держаться, не говоря уже о том, чтоб обниматься. И кто этих-то только воспитывал?»
— Олух! — взвизгнула она на мужа, который, наступив в лужу, из-за чего несколько капель темными пятнами расплылись на кремовом пальто жены.
Муж что-то пробормотал в оправдание, но сделал это настолько тихо, что разобрать слова было невозможно.
— О чем ты думаешь? — парень коснулся носом носа девушки, провожавшей взглядом женщину в кремовом пальто.
— Я загадала желание, — она взглянула в его глаза, а потом положила голову ему на плечо. — Я загадала, чтобы мы никогда не бродили в дождливую погоду под отдельными зонтами.

Jul. 7th, 2014

Один штрих кошмара

Тихим весенним вечером, напоенным флером сирени и жасмина, я возвращалась домой с занятий, погруженная в приземленные бытовые думы.
Внезапно я услышала странный звук, доносившийся из распахнутого окна одной пятиэтажки. Обычное окно, с белой, развевающейся на ветру занавеской, с милыми комнатными растениями на подоконнике. Окошко не лучше и не хуже сотни других, по ту сторону которого всплеск в чьей-то семейной гавани оказался настолько сильным, что волна панического страха смогла перемахнуть через границы маленького самоуправного государства и всколыхнуть пространство моей реальности. Совсем скоро я узнала этот звук. Детский крик, которым кричит ребенок в ужасе на грани своих возможностей, когда голос срывается, переходя в неестественные хрипы, разрывая горло, раздирая глотку нечеловеческим страхом, сводя все мышцы и сжимаясь холодным скользким клубком в области солнечного сплетения. Тонны отчаяния и безысходности – ничто, по сравнению с этим криком. Я знаю, как плачут дети «на публику». Но это был не театральный прием маленького манипулятора, это кошмар крошечного человечка, разрезающий жуткой вибрацией весенний воздух. И все это вперемежку с криком другим – злым, срывающимся на фальцет. Звуки возни, что-то падает. «Воспитательный процесс» – скажет обладательница фальцета, «насилие» – отвечу я.

Jul. 6th, 2014

Туман нежности обволакивал горы тоски

Лолита,
свет моей жизни,
огонь моих чресел.
Грех мой, душа моя.
Ло-ли-та:
кончик языка совершает путь
в три шажка вниз по небу,
чтобы на третьем толкнуться о зубы.
Ло. Ли. Та.


Когда я еще училась в начальной школе, по телевизору крутили рекламу фильма «Лолита». Почему-то из всех фильмов детства именно этот, непросмотренный, глубоко врезался в мою память.
В рекламе фильма говорилось что-то о запретной любви, и, точно помню, звучала цитата, вынесенная мною в эпиграф. Мне до безумия хотелось посмотреть этот фильм, но, как вы понимаете, сочетание моего нежного возраста, позднего времени трансляции (да еще и в будний день) и достаточно щекотливой идеи фильма сводило на нет все мои надежды. Я так и не осмелилась попросить родителей, чтоб они мне разрешили (ну и что, что я уже была в курсе, что такое порно, между родителями и детьми должна сохраняться видимость приличия). В те времена я и понятия не имела об интернете, а потому я похоронила свое желание. Не успел увидеть по телевизору – может, лет через пять будет повтор. Со временем как-то забылось желание, хотя порой в голове всплывали отрывки цитат.
Когда я училась в колледже, то из любопытства, совсем забыв о фильме, решила прочесть книгу – все-таки, одно из самых скандальных произведений своего времени. Произведение вызвало во мне смешанные чувства. Было и удивление, и отвращение, и некое отрицание. Несмотря на то, что «Лолита» достаточно высоко оценивается, восхищения роман у меня не вызвал, главным образом потому, что изобиловал множеством тошнотворных для меня анатомических подробностей, а отношение Гумберта к Лолите подано сквозь какую-то сексуальность, причем, достаточно извращенную: «Упрекаю природу только в одном — в том, что я не мог, как хотелось бы, вывернуть мою Лолиту на изнанку и приложить жадные губы к молодой маточке, неизвестному сердцу, перламутровой печени, морскому винограду легких, чете миловидных почек!»; «Впрочем, я постарался бы не обрюхатить малютки.»; даже цитата, которая кажется романтичной в своем урезанном варианте, полностью звучит так: «Все равно, даже если эти ее глаза потускнеют до рыбьей близорукости и сосцы набухнут и потрескаются, — даже тогда я все еще буду с ума сходить от нежности при одном виде твоего дорогого осунувшегося лица, при одном звуке твоего гортанного молодого голоса, моя Лолита», сравните с переделками ванильных пабликов: «все равно, даже если эти ее глаза потускнеют ,даже тогда я все еще буду с ума сходить от нежности при одном виде твоего дорогого лица». Чувствуете разницу? Может, поэтому, мне, в отличие от признанных критиков, роман не показался «историей о величайшей любви», хотя говорить о том, что там не было любви, я не берусь.
Но вот на днях я почти случайным образом наконец посмотрела фильм, завершив детский гештальт.
Меня особо не тянуло на просмотр, да и в планах было просто посмотреть 20 минут фильма «за едой», но начав, я не смогла оторваться. Я была приятно удивлена. Редко случается, чтобы фильм зацепил больше, чем книга, но это был именно тот случай. Фильм окутан флером легкой романтики, трагизма и любви. История с Анабеллой представлена в фильме несколько иной, более похожей на детское переживание первой любви. Да и то, что происходит в душе Гумберта по отношению к Лолите, в фильме носит более возвышенный характер и рассматривается не через призму сексуального желания, а эротизм гармонично вписывается в их отношения. Игра актеров великолепно передает разыгрывающуюся драму и весь спектр чувств и эмоций, переживаемых главными героями. Доминик Суэйн замечательно удается показать сочетание детскости и женственности, чудного сочетания девочки и женщины в одном лице, ее язык тела говорит гораздо больше, нежели диалоги. Непосредственность и коварство, соблазн, чертовщинка и ребячество талантливо переплетены в ее игре. А Джереми Айронсу удалось передать гамму сложных чувств к Ло, не останавливаясь на одном только вожделении, но переживая необыкновенную теплоту и нежность к самому дорогому существу на свете.
Хорошая актерская игра, трогательная музыка и лучшие цитаты из книги буквально влюбили меня в этот фильм.
Еще мне бы хотелось сказать пару слов про сюжет в целом. Иногда я фантазирую на тему «а что, если…» насчет разных произведений, и мне кажется, не веди себя Лолита подобным образом, все могло бы быть совершенно иначе. Ведь это именно она сделала первые шаги. Мне кажется, что у нее к Гумберту возникли некие чувства, которые в норме должны были пережиться как платоническая любовь и забыты. Знаете, а ведь в подростковом возрасте многие девочки испытывают влечение к мужчинам, которые значительно старше их. И дальнейшего распространения это не получает отчасти из-за стыдливости, отчасти из-за отказа мужчин. Домогательства девочек-подростков, скрытые или явные, – не такая уж и редкая вещь, как оказалось. Лолита же была лишена строгих взглядов, а для Гумберта сбывалась мечта всей жизни – можно его осуждать, можно оправдывать, но, если в книге и было про снотворное, то в контексте фильма Гумберт сам вряд ли переступил бы черту. А в итоге детская влюбленность, переплетаясь со взрослой любовью, превращается в нечто немыслимое, извращенное, потому вполне естественно было бы ожидать, что к концу повествования Лолита будет буквально ненавидеть своего приемного отца.

Jul. 5th, 2014

Депрессия - тревожный симптом!

Читая блоги, я нередко натыкаюсь на сущую обитель депрессий и душевных страданий. Впрочем, среди моих знакомым энная часть людей также подвержена недугу, о котором как-то было сказано: английский сплин иль русская хандра им овладела».
На депрессивную продукцию начиная от грустной музыки, цитат, картинок и заканчивая тяжелыми произведениями классиков, спрос просто огромен. Я порой пишу стихи, и тоже неоднократно мною было замечено, что именно депрессивные строки привлекают читателя куда больше, чем что-то оптимистичное и жизнерадостное.
Реакция окружающих на тех, кто все свои проблемы оправдывает одним словом «депрессия», ноет об отсутствии смысла жизни и демонстрирует полную апатичность, весьма предсказуемая. Чаще всего, это раздражает, ведь у каждого из нас в жизни очень много проблем, так с чего бы это кто-то считает свои проблемы неразрешимыми, строит из себя психически больного (а что, я готова утверждать, что слово «шизофрения» сейчас модно, хотя многие и не знают настоящего толкования этому слову и путают его с раздвоением личности, а так же внутренний диалог с собой, который, кстати, есть у всех, почему-то начинают выдавать за симптом той же самой пресловутой шизофрении).
Признаюсь, раньше меня порой тоже раздражали депрессивные блогеры, ноющие подружки, а порой и я сама, пока жизнь не заставила меня пронаблюдать историю одной болезни.
Она не отличалась от других, ну, разве что, училась значительно лучше большинства. В целом депрессивная, периодами она впадала в черную-черную тоску, потом ей, вроде, становилось лучше, и так повторялось ни один год. Она шутила, мол, у нее, наверное, маниакально-депрессивный синдром. Порой, наслушавшись ее нытья, я предлагала ей сходить к психотерапевту, рассказывала ей про антидепрессанты, поскольку мне казалось, что простая психотерапия ей вряд ли поможет так быстро, как того требовала ситуация. Желание посетить психотерапевта (не путать с психологом) у нее было, но энергии, чтоб собраться и сходить не хватало, потому она откладывала визит почти год, но в конце концов, пересилив себя, она пошла на прием.
На первом приеме она не стала распространяться про суицидальные мысли, экзистенциальный кризис и депрессивное состояние. Начала издалека – ее тревожили изменения качества высших психических функций, в частности, внимание и память стали в последнее время подводить. Потом пожаловалась на расстройства сна, частые головные боли, высокую утомляемость. Недолго думая, психотерапевт направил ее к неврологу, а тот ставит неутешительный диагноз: энцефалопатия, вызванная родовой травмой. Заболевание, требующее специального лечения, в противном случае прогрессирование болезни приведет к необратимым изменениям вплоть до распада личности и утраты элементарных навыков.
Из чего следует, что каждый из тех, кто склонен к депрессивным проявлениям, находится в группе риска, и его депрессия может быть симптомом чего-то гораздо более серьезного. Потому стоит внимательнее относиться к подобным проявлениям у близких людей.
Кроме того, депрессивность не возникает на пустом месте. Она имеет гормональную обусловленность. Если у человека нормальный гормональный фон, ему не захочется тосковать, грустить, у него не будет апатии и нехватки энергии для выполнения простейших действий. Наиболее тяжелые депрессивные состояния могут закончиться суицидом. Вскрытие показывает, что у всех самоубийц был предельно низкий уровень таких гормонов, как серотонин и дофамин — гормонов, которые позволяют человеку чувствовать себя счастливым и вести активную жизнь. .
Депрессивные люди не ведут себя не просто так, им в самом деле плохо. И если состояние обусловлено физиологическими причинами, то шанс на то, что все пройдет само, очень мал.

Jul. 2nd, 2014

Взрослые игры

Я злилась и не знала, чем себя занять. Времени было много, дел – мало. И от этого темные мысли переполняли меня. Моя дикая фантазия разыгралась не на шутку и рисовала самые извращенные картины реальности, от чего становилось просто невыносимо. Я не знала, куда мне деть свои эмоции, мысли, себя. Словно одержимая, я писала письмо за письмом, каждое из которых было исполнено презрения, ненависти, упреков и обвинений.
Он отвечал. Правда, не так часто, как я ему писала. В своих письмах он вяло отбивался, пытаясь мне что-то доказать и переубедить, но у него это вовсе не получалось. Я была непреклонна и неумолима. Я облачилась в одеяния прокурора и упорно не хотела их снимать. Но потом я поняла одну вещь. Неожиданно, словно фотовспышка, что-то осветило сумрачную картину моих реалий, и я увидела то, чего до сих пор не замечала. Тогда я написала другое письмо, кусочек которого в обработке и приведен здесь.
"…а знаешь, что самое интересное? Мы все играем в игры. Да, то, что между нами происходит — это какой-то дьявольский социальный ритуал. Я играю в обиду и ссору. Ты играешь в оборону и равнодушие, говоря о том, что тебе все равно, что я думаю о тебе. Возможно, у нас еще есть энное количество этих безумных ролей, не в этом дело. Смысл вот к чему сводится: мы говорим не то, что думаем, мы делаем не то, что хотим, мы чувствуем одно, а ведем себя по-другому. Если бы я написала тебе то, что думала, чувствовала, то это были бы совсем другие письма. Там не было бы агрессии и обвинений, но было бы много боли, тепла и любви. Я бы попросила прощения за прошлое, я бы рассказала о том, что мне приходит в голову вечерами, о том, что мне не хватает тебя рядом, о том, что мои самые сокровенные фантазии наполнены тобой… и о многом другом. Мне кажется, что если бы мы не играли в игры, то и твой ответ был бы точно не таким. Я не знаю, каким бы он был, но точно не таким холодным, колючим и отчужденным, словно между нами Северный Ледовитый океан, а мы – не близкие друг другу люди, которые прошли вместе отрезок жизненного пути, люди, которые делили на двоих радости и невзгоды, а враждующие страны, каждая из которых исполнена ненависти к другой стороне. Но нет, наш мир иной. У нас принято играть в игры, а не поступать так, как велит сердце. Поэтому я каждым словом стремлюсь посильнее ударить тебя, а ты делаешь больно мне. Мы задыхаемся во взаимной обиде, обвинениях, мы запутываемся в догадках, которые мешают четко видеть и ясно мыслить. Мы становимся одержимыми, злыми, отвратительными. Мы отдаляемся, и поэтому нам все сложнее услышать друг друга. О, чудный мир! Как много в тебе странностей. Казалось бы, все так просто: просто подойди, просто скажи, что чувствуешь, просто что-то сделай. Казалось бы… но тут не все так просто… Мы так легко попадаем в игры, а как только мы в них попадаем, то мозг у нас напрочь отключается и мы начинаем действовать согласно этому сценарию. Мы уже не можем подняться над ситуацией, мы уже не можем сказать «стоп игра!» Мы просто механически играем, не получая никакого удовольствия. И никто не в силах это остановить".

сказка — ложь, да в ней намек...

Секс и уступки

( You are about to view content that may only be appropriate for adults. )

May. 21st, 2014

Самое сложное время

Когда случается что-то плохое, будьте заняты, ради всего святого. Читайте, смотрите фильмы, общайтесь с людьми, делайте физическую работу. Так ведь советуют психологи. И это в самом деле работает… До определенного момента, когда ты ложишься в постель, потому что надо спать. И тут не спасет и музыка, ни счет барашков — грань между сном и явью становится коварной ловушкой, местом встречи с собой, со своими мыслями, от которых уже не спрячешься ни за страницами книги, ни за мытьем посуды. И вот тогда раздирает голову острыми когтями, вонзающимися в самую плоть так глубоко, что уже становится частью её. Я не умею спасаться от такого времени. Можно до утра читать или сидеть в интернете, пока заря не позолотит восток, глаза уже будут слипаться, а голова слегка кружиться от усталости. Но как только закроется компьютер, чашка чая обнажит выпуклое дно или компьютер мигнет одной из мерцающих точек в последний раз, а голова коснется подушки, то мысли возвращаются, а сон мчится прочь, растворяясь в лучах утреннего солнца. Память, черная жрица, услужливо преподносит сознанию глубокую чашу, в которую всегда заглядываешь зачарованно, безвольно, не смея прекословить. И тут же в ужасе отшатываешься, от увиденных в чаше воспоминаний. Куда уж тут спать... В районе солнечного сплетения опять все сжимается, выворачивая каждую клеточку тела. Совет быть занятым рассыпается в невесомый прах. Между сном и явью. Мгновение как век. От себя не уйти.

May. 19th, 2014

Город после расставания

Город после расставания - словно город после войны. Свернул не в тот переулок - и уже не узнаешь улиц и домов, потому что потерялся в руинах своей памяти, котороые вовсе не похожи на мирно текущую жизнь. Город уже не такой, как прежде, он неузнаваем в некоторых местах. Город словно заминирован. Бои закончены, точки расставлены, слезы вылиты, тонны никотина пущены на ветер, имя его уже просклонялось во всех падежах три тысячи раз и соединено со всеми существующими эпитетами.
Но несмотря на это город до сих пор на минах. Неосторожный шаг - и все взлетит в воздух, взорвавшись на мине памяти.
И начинаешь проклинать себя за то, что когда-то, опьяненная счастьем, ты поделилась с ним своими любимыми местами, не важно, будь это набережная, скамейка в глубине старого парка или столик у окошка в уютной кофейне. Потому что отныне для тебя эти места закрыты. Теперь они не принесут тебе радости, а лишь окатят с ног до головы воспоминаниями и адской болью. Возможно, спустя какое-то время от всего этого и останется лишь щемящая тоска и ностальгия, но не сейчас -пока эти места заминированы.

May. 18th, 2014

Зеленая сторона/бордовая сторона

Во мне борются два противоположных начала: неисправимый, безнадежный романтик и дикая помесь скептика и циника. (Дикую смесь условно назовем бордовой стороной, а романтика обозначим как зеленую сторону. Ну а что, не ограничиваться же светлой и темной сторонами, к тому же, кто из них хорош, а кто плох, вовсе не ясно.)Read more...Collapse )
Дьявольский романтик приходит чаще всего по ночам. И, усевшись на спинку кровати, сняв широкополую шляпу, он начинает повествовать. Он рассказывает мне о счастье, о том чудном уютном счастье, которое, как он утверждает, накрывает каждого, стоит тому оказаться в любимых руках, или заглянуть в те глаза, в которых ты сможешь увидеть смысл жизни. Он может долго, часами, чуть ли не до самого рассвета заманчиво говорить то о путешествиях в далекие края, то о первой улыбке ребенка, то о доме, теплом и уютном, где всегда хорошо, то еще бог знает о чем. Гнать его — сущая бесполезность, ибо он приходит, так же как и уходит только тогда, когда сам того пожелает. Я ворочаюсь, перекладываю с места на место подушку, но безнадежный романтик никак не дает мне уснуть. Уж если он хочет что-то рассказать, то никуда мне от него не деться. Он говорит так хорошо и красиво, так живо и завораживающе, что картинки сами собой всплывают перед моими глазами. Да что там картинки!.. Я же уже явственно чувствую, как теплый плед осторожно обнимает мои плечи в то время, как в руках медленно остывает горячий, ароматный кофе. Или же зарываюсь пальцами в мягкую шелковистую шерсть, слушая кошачье мурлыканье. Или же ловлю запах утреннего моря, что принес ветер на своих прозрачных крыльях, ощущая на своих плечах заботливые объятия. Или же… Мне нравится его по-детски наивная, непоколебимая вера в счастье. Но я ненавижу его визиты.
Потому что потом появляется бордовая сторона. Ох и любят же они спорить! Швыряясь претензиями и посудой, нечто среднее между скептиком и циником для начала пристыдит меня за то, что я слушала подобного рода ересь, потом окончательно выгонит прочь зеленую сторону, а передо мной разложит карты, схемы и чертежи. И попробуй только сказать, что тебе скучно! Вмиг разлетаются вдребезги чудесные фантазии крошечного романтика. Испаряется волшебство, тают ароматы счастья, рушатся восхитительные картины, рассыпаясь осколками и обращаясь в белесый прах. Темная душная комната. Сопение через стену. Мерзкий писк комара. Неудобная подушка. Добро пожаловать в реальность. Подобно бомбам, на мою бедную голову сыплются тяжелые аргументы, красочно иллюстрирующие мне, почему рассказы зеленой стороны — это сущий бред и почему это невозможно. Один атомный взрыв, другой, третий… До тех пор, пока не останется ничего.
Днем никто и не заметит ничего. Я всё та же. Скептически настроена ко всему романтичному, с удовольствием высмеивающая влюбленных, я сыплю на них статистику и названия гормонов, благодаря которым они так безумно светятся от своего, понятного только им одним, счастья. Им все равно. И моей зеленой стороне тоже. В назначенный час она вновь меня посетит, чтобы оставить поутру во мне растерянность и пустоту.

Previous 10